Высказывания Цвейга. Мудрые мысли Цвейга.

НА ГЛАВНУЮ
 
Абу ль Фарадж  Августин  Америка
Аддисон  Амиель  Англия  Античные
Арабские  Аристотель  Байрон  Бальзак
Батлер  Белинский  Берне  Бирс  Бичер
Бокль  Бомарше  Боуви  Буаст  Булвер
Бэкон  Вейнингер  Вовенарг  Вольтер
Гегель  Гейне  Гельвеций  Герцен  Гёте
Гоголь  Гольбах  Гораций  Горький
Грасиан  Граф  Гэзлитт  Гюго  Декарт
Демокрит  Дефо  Джебран  Джефферсон
Джонсон  Дидро  Дизраэли  Диоген
Добролюбов  Достоевский  Дюма
Екатерина  Жан Поль  Жорж Санд
Жубер  Золя  Индия  Кант  Карамзин
Карлейль  Карр  Китай  Ключевский
Книгге  Козьма Прутков  Конфуций
Корнель  Краус  Лабрюйер  Ланкло
Лао-Цзы  Ларошфуко  Ленин  Леонардо
Лермонтов  Лессинг  Линкольн
Лихтенберг  Локк  Ломоносов  Лонгфелло
Лопе де Вега  Макаренко  Макиавелли
Маколей  Маргарита  Марк Аврелий
Марк Твен  Маркс  Менандр  Мольер
Монтень  Монтескье  Мопассан
Наполеон  Ницше  Овидий  Островский
Паскаль  Писарев  Пифагор  Платон
Плутарх  Поп  Публилий  Пушкин  Ренан
Ренар  Рескин  Ривароль  Русские  Руссо
Рюноскэ  Сафир  Свифт  Сенека
Сервантес  Смайлс  Сократ  Спенсер
Спиноза  Сталь  Стендаль  Суворов
Теренций  Толстой  Торо  Тургенев
Уайлд  Ушинский  Фейербах  Филдинг
Флобер  Франклин  Франс  Фрейд
Фуллер  Хайям  Хемингуэй  Хун Цзычэн
Цвейг  Цицерон  Чернышевский
Честертон  Честерфилд  Чехов  Шамфор
Шатобриан  Швёбель  Шекспир
Шелгунов  Шиллер  Шопенгауэр  Эбнер
Эзоп  Эмерсон  Эпиктет  Эпикур
Эразм  Юм  Япония
.

.

 
Мудрые слова и мысли Цвейга.
 
Очень кратко о жизни Цвейга:

Цвейг Стефан
(28.11.1881–23.02.1942)

Австрийский писатель, критик.

Родился в Вене в семье зажиточного предпринимателя. Окончил филологический факультет Венского университета. Литературно-критическую деятельность начал в 1900 г., опубликовав первые статьи в журналах Вены и Берлина. В 1904 г. выпустил сборник новелл «Любовь Эрики Эвальд». В годы Первой мировой войны выступал как активный пацифист, писал антивоенные новеллы, статьи, пьесы. В 1920–29 гг. выпустил трехтомный цикл биографий «Строители мира»: «Три мастера. Бальзак, Диккенс, Достоевский», «Борьба с безумием. Гельдерлин, Клейст, Ницше», «Три певца своей жизни. Казанова, Стендаль, Толстой». В промежутках между томами трилогии публиковал сборники новелл «Амок», «Смятение чувств», «Звездные часы человечества». С 1934 г. жил в эмиграции (Великобритания, США, Бразилия), где издал сборник речей, эссе, критических выступлений «Встречи с людьми, книгами, городами» (1937), романы «Магеллан» (1938), «Нетерпение сердца» (1939), книгу воспоминаний «Вчерашний мир» (опубликована 1944). Не выдержав разлуки с родиной, отчаявшись перед лицом войны, покончил жизнь самоубийством в Петрополисе (Бразилия).

Безумие, как всякая страсть, обнаруживает всё скрытое на дне души.

Беспредельного можно достигнуть, лишь сохранив цельность: раздробив свою волю, достигают только низших целей.

Большую и страстную женскую любовь отличает прежде всего способность к безграничной жертвенности.

Быть героем – значит сражаться и против всесильной судьбы.

В высочайшей сфере, к которой человечество, тоскуя, обращает свои взоры, всегда веет ледяной ветер горчайшего одиночества. Именно те, кто творит для всех, остаются наедине с собой, каждый из них – спаситель на кресте, каждый страдает за свою веру и в то же время за всё человечество.

В искусстве, как и в жизни, всё запутанное бесплодно.

В истории живые всегда торжествуют над мертвыми.

В мировой истории всегда повторяется одно поразительное явление: именно самые энергичные люди в наиболее ответственные минуты оказываются скованными странной нерешительностью, похожей на духовный паралич.

В самом худшем, что случается на свете, повинны не зло и жестокость, а почти всегда лишь слабость.

В удачливой игре благие намерения быстро исчезают.

В этом одна из тайн почти всех революций и трагическая судьба их вождей: все они не любят крови и всё же вынуждены ее проливать.

Великая страсть, связывающая двух любовников, не может сразу смениться простой холодностью и бездушной учтивостью: раз воспламенившись, чувство продолжает тлеть и только меняет окраску; вместо того чтобы пылать любовью и страстью, оно распространяет чад ненависти и презрения.

Великие и благие дела всегда сплачивают людей.

Великий пример всегда либо развращает, либо возвышает целое поколение.

Великое отчаяние всегда порождает великую силу.

Все мещанские добродетели – надежный щит от требований мирно текущих будней: осмотрительность, рвение, здравомыслие – все они беспощадно тают в пламени одной-единственной решающей секунды, которая открывается только гению и в нем ищет свое воплощение.

Все предметы бессмертной природы лишены смысла, пока их не познали смертные и не возлюбили земной любовью.

Всегда, прежде чем может быть возведено что-то новое, должен быть поколеблен авторитет уже существующего.

Всякое желание есть смятение духа, а всякое служение – мудрость.

Всякое истинное творение вырастает из темного перегноя творений отвергнутых.

Всякое страдание становится осмысленным, если ему дана благодать творчества. Тогда оно становится высшей магией жизни.

Всякое стремление достичь недостижимого, осуществить неосуществимое становится в искусстве и в жизни неодолимой силой: плодотворно только чрезмерное, умеренное же – никогда.

Где бессилен гнев, там остается еще насмешка.

Гений, стремящийся к звездам, может в случае необходимости и шагать по людям, может пренебрегать мелкими, преходящими явлениями, чтобы следовать более глубокому смыслу, тайному велению истории.

Гений человека всегда одновременно и его рок.

Героизм не знает никаких инстанций – ни отечества, ни победы, ни успеха, ни опасности – кроме высшей инстанции – собственной совести.

Героизму всегда присуще безумие.

Даже могущественный борец лишь понапрасну растрачивает свои силы, если всегда и упорно сражается один против всех.

Даже самый умный человек замечает всегда последним, что он ведет себя недостойным образом.

Деспотические натуры не терпят советников, которые хоть раз оказываются умнее их.

Для бедняков гордость – непозволительная роскошь.

Для мужчины нет гнета более бессмысленного и неотвратимого, чем быть любимым против воли, – это пытка из пыток, хотя и вина без вины.

Для того чтобы нанести сердцу сокрушительный удар, судьба не всегда бьет сильно и наотмашь; вывести гибель из ничтожных причин – вот к чему тяготеет ее неукротимое творческое своеволие.

Для того чтобы отстоять свою добродетель, необходимо, чтобы кто-нибудь покусился на нее.

Доступность сокровища всегда лишает нас почтения к нему.

Духовная близость мужчины и женщины отделена от физической лишь незаметной чертой, которую иная взволнованная минута или неосторожное движение могут легко стереть.

Едва лишь в политике в виде исключения блеснет ясная, разумная идея, как ее искажают неумным исполнением.

Если тронуть хотя бы волос в бороде дьявола, он непременно вцепится тебе в загривок.

Если человек непременно хочет взяться за безнадежное дело, то коварный случай с готовностью идет ему навстречу.

Естественным рефлексом человека является отнюдь не самоутверждение, а приспособление своего образа мыслей к образу мыслей своей эпохи, капитуляция перед чувствами большинства.

Есть два рода сострадания. Одно – малодушное и сентиментальное, оно, в сущности, не что иное, как нетерпение сердца, спешащего поскорее избавиться от тягостного ощущения при виде чужого несчастья; это не сострадание, а лишь инстинктивное желание оградить свой покой от страданий ближнего. Но есть и другое сострадание – истинное, которое требует действий, а не сантиментов, оно знает, чего хочет, и полно решимости, страдая и сострадая, сделать всё, что человеческих силах и даже свыше их.

Жребий всегда падает на того, кто его не ждет.

За деньги покупают власть, а из власти чеканят деньги.

Идеалы существуют лишь для того, чтобы на них наживаться.

Идея, если гений ее окрыляет, если страсть неуклонно движет ее вперед, превосходит своей мощью все стихии.

Из гранита жестокости и несправедливости воздвигаются великие государственные сооружения, и неизменно фундаменты их скреплены кровью; в политике неправы только побежденные, неумолимой поступью шагает история через их трупы.

Излечиваешься от одной иллюзии с тем, чтобы завтра же неутомимо пуститься на поиски другой.

Искусство многообразно, но высшая его форма та, что в своих законах и проявлениях наиболее родственна природе.

Истина принадлежит лишь тому, кто ее себе завоевал.

Историческое деяние бывает закончено не только когда оно свершилось, а лишь после того, как оно становится достоянием потомков.

История – великолепный драматург; она умеет находить как для своих трагедий, так и для своих комедий блестящую развязку.

История обычно оправдывает победителя и осуждает побежденных.

Каждое поколение по необходимости несправедливо к предыдущему.

Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов.

Как часто самые нелепые случайности влияют на наши побуждения, а самые незначительные обстоятельства воодушевляют нас и лишают мужества.

Книга есть альфа и омега всякого знания, начало начал каждой науки.

Когда правду хотят подавить силой, она отстаивает себя хитростью.

Кого однажды жестоко ранила судьба, тот навсегда остается легко ранимым.

Крайнее отчаяние всегда порождает великую силу.

Критерием в политике служит не право, а успех.

Кто властвует, тот лишает свободы других, но прежде всего – свою же душу.

Кто однажды обрел самого себя, тот уже ничего на этом свете утратить не может. И кто однажды понял человека в себе, тот понимает всех людей.

Кто однажды приманил к себе счастье, за тем оно следует по пятам.

Кто хочет жить без вины, тот не должен иметь власти ни над своим домом, ни над чужой судьбой, не должен питаться чужим потом и кровью, не должен дорожить страстью женщины и сытой ленью.

Лишь тот обогащает человечество, кто помогает ему познать себя, кто углубляет его творческое сознание.

Лишь удар, отбрасывающий назад, придает человеку наступательную силу.

Ложь, если она приносит счастье другим, важнее любой правды.

Любая привилегия всегда воспринимается другими как несправедливость, и там, где отдельная группа людей безмерно обогащается, сама собой возникает коалиция обделенных.

Любое великое деяние отдельного народа совершается для всех народов.

Любопытство всегда способствует изобретательности.

Мастер в своей сфере становится тупицей, когда пытается проникнуть в сферу, ему чуждую.

Мир всегда награждает лишь завершителя – того, кому выпало счастье довести великое дело до конца, – и забывает всех тех, кто своим духом и кровью сделал этот подвиг возможным.

Мир разума не знает обманчивого понятия числа; на его таинственных весах один восставший против всех весит больше, чем множество восставших против одного.

Могущественные силы, разрушающие города и уничтожающие государства, остаются все же беспомощными против одного человека, если у него достаточно воли и душевной неустрашимости, чтобы победители миллионов не могли подчинить себе одного – свободную совесть.

Мораль всегда относительна.

Мудрого политика всегда отличает умение заранее отказаться от несбыточных мечтаний.

Мудрость охотно посещает женщин, когда от них бежит красота.

На людей, чьи поступки зависят от настроения, нельзя возлагать никакой серьезной ответственности.

На человека, которого довели до того, что он даже не боится быть смешным, столь же мало можно положиться, как и на преступника.

Назойливые люди коллекционируют знакомства с таким же усердием, как дети – почтовые марки, чрезвычайно гордясь каждым экземпляром своей коллекции.

Наивысшего человек достигает тогда, когда подает пример потомству.

Национализм – струна, звучащая даже под самой неискусной рукой.

Наши инстинкты всегда оказываются более мудрыми, чем наша бодрствующая мысль.

Не может или почти не может быть великих произведений искусства, в которых так или иначе не был бы заложен элемент безнадежности.

Не презирайте заблуждений! Даже безрассуднейшее заблуждение способно породить величайшую истину, если его коснется гений.

Не страдания сами по себе создают величие, его создает великое, жизнеутверждающее преодоление страданий. Кто сломлен гнетом земного, а еще больше тот, кто его избегает, неизбежно терпит поражение.

Недовольство собой вызывает желание свалить вину на другого.

Ненавистники и гонители столь бесплодны, что пятятся в страхе, если их собственная ненависть приносит плоды.

Ненависть не так страшна для властителя, как всеобщее презрение.

Ненависть, умеющая молчать, во сто крат опаснее, чем самые неистовые речи.

Несчастье делает человека легко ранимым, а непрерывное страдание мешает ему быть справедливым.

Нет готовой истины, нет установленной формулы, которую можно передавать друг другу: истину каждый может сотворить лишь по собственному образу и подобию и всегда лишь для себя одного.

Нет для женщины большего унижения, нежели сознание, что она чересчур поспешно отдалась человеку, не достойному ее любви; никогда настоящая женщина не простит этой вины ни себе, ни виновному.

Нет милости для бессильного.

Нет насмешки, которая жалила бы сильнее, чем насмешка официальной учтивости.

Нет ничего более опасного для романтика, как подойти слишком близко к своему идеалу.

Нет ничего прекраснее правды, кажущейся неправдоподобной.

Ни один врач не знает лучше лекарства для усталого тела и души, как надежда.

Низменные души не выносят свободы, они неизменно бегут от нее обратно в рабство.

Никакая вина не может быть предана забвению, пока о ней помнит совесть.

Никогда в истории победитель не довольствовался одной великой победой.

Никогда еще красивые слова не укрощали голодный желудок.

Никто не превзойдет лютостью труса, почувствовавшего за собой какую-то силу.

Ничто не выявляет характера человека лучше, чем испытание золотом успеха и огнем неудачи.

Ничто так не тяготит народ или человека, как долгая неуверенность.

О силе страсти всегда судят по совершаемым во имя ее безрассудствам.

Общество не мстит никому столь ожесточенно, как человеку, который презирает его и в то же время не может без него обойтись.

Ограниченный человек, облеченный властью, всегда невыносим.

Один великий человек, остающийся человеком, спасает всегда и для всех веру в человечество.

Одна мания всегда порождает другую.

Оскорбление обычно приводит к обратным результатам, оно и у слабейшего выжимает каплю твердости.

Острое ощущение счастья, как и всё хмельное, усыпляет рассудок, и мы, наслаждаясь настоящим, забываем о прошлом.

Отсутствие долгов или незначительные долги делают людей бережливыми, а исполинские – расточительными.

Память ненависти яснее памяти любви.

Первым признаком настоящей политической мудрости всегда остается умение заранее отказаться от недостижимого.

Переизбыток чувства разрывает впечатление на атомы, как взрыв – гранату.

Плох тот дипломат, который не способен в трудную минуту соврать не краснея.

Подлинное сочувствие – не электрический контакт, его нельзя включить и выключить, когда заблагорассудится, и всякий, кто принимает участие в чужой судьбе, уже не может с полной свободой распоряжаться своею собственной.

Поистине мудр тот, кто покорился своей судьбе.

Политика и разум редко следуют одним путем.

После каждого порыва общественного воодушевления предъявляет свои права неудержимый эгоизм отдельной личности и семьи.

Постоянное богатство изнеживает, постоянное одобрение притупляет; лишь перерыв придает холостому ритму напряжение и творческую эластичность.

Поэзия – не блаженная свобода, не радостное парение, а горестный священный долг, рабство избранных.

Предельных вершин достигает только то блаженство, которое взметнулось вверх из предельных глубин отчаяния.

Равнодушие к любви – это уже вина перед нею.

Разъярить толпу людей или даже целый народ всегда легче, чем угомонить.

Расставания – это всегда лишь вечерняя заря, последняя вспышка света перед наступлением темноты.

Редко способна истина угнаться за легендой.

Решающие силы – судьба и смерть – редко подступают к человеку без предупреждения.

Силу удара знает лишь тот, кто принимает его, а не тот, кто его наносит; лишь испытавший страдание может измерить его.

Слишком большой шум, поднятый вокруг какой-либо идеи, всегда делает ее невразумительной, и ничто так не препятствует влиянию творческой мысли, как ее преувеличение.

Слово, выпущенное в мир, черпает силу из этого мира и живет свободно, не завися от того, кто дал ему жизнь.

Смерть не означает ухода в небытие, ибо уходящий неизбежно прихватывает с собой обрывки чужих судеб.

Созидатель всегда лучше других знает как скрытый изъян своего создания, так и степень его опасности.

Сомнение – это злейший враг человеческого знания.

Сосредоточенность – вечная тайна всякого совершенства.

Состариться – это значит избавиться от страха перед прошлым.

Сострадание – хорошо. Но есть два рода сострадания. Одно – малодушное и сентиментальное, оно, в сущности, не что иное, как нетерпение сердца, спешащего поскорее избавиться от тягостного ощущения при виде чужого несчастья; это не сострадание, а лишь инстинктивное желание оградить свой покой от страданий ближнего. Но есть и другое сострадание – истинное, которое требует действий, а не сантиментов, оно знает, чего хочет, и полно решимости, страдания и сострадания сделать всё, что в человеческих силах и даже выше их.

Сострадание – это лишь теплое братское чувство, лишь жалкий суррогат настоящей любви.

Справедливость – единственная истинная связь между людьми и нациями.

Стеснительность в любой форме мешает быть самим собой, и в полной мере человек раскрывается лишь тогда, когда он чувствует себя непринужденно.

Страсть способна на многое. Она может пробудить в человеке небывалую сверхчеловеческую энергию. Она может своим неослабным давлением выжать даже из самой уравновешенной души титанические силы.

Страх хуже наказания. В наказании есть нечто определенное. Велико ли оно или мало, всё лучше, чем неопределенность, чем нескончаемый ужас ожидания.

Судьба всегда права, даже если нам кажется, что она поступает несправедливо.

Судьба всякого фанатизма в том, что он обращается против самого себя.

Судьба – самый гениальный поэт.

Такова уж судьба всего необычного – вечно возбуждать ненависть в людях.

Такова юность: то, что познается впервые, захватывает ее целиком, до самозабвения, и в своих увлечениях она не знает меры.

Там, где недоверие неистребимо живет в душе, всегда отыщется повод раздуть подспудный огонь во всепожирающее пламя.

Творец мира сего, когда мастерил мужчин, явно что-то перекосил в них; поэтому они всегда требуют от женщин обратное тому, что те им предлагают: если женщина легко отдается им, мужчины вместо благодарности уверяют, что они могут любить чистой любовью только невинность. А если женщина хочет соблюсти невинность, они только о том и думают, как бы вырвать у нее бережно хранимое сокровище. И никогда не находят они покоя, ибо противоречивость их желаний требует вечной борьбы между плотью и духом.

Творческая личность подчиняется иному, более высокому закону, чем закон простого долга. Для того, кто призван совершить великое деяние, осуществить открытие или подвиг, двигающий вперед всё человечество, – для того подлинной родиной является уже не его отечество, а его деяние. Он ощущает себя ответственным в конечном счете только перед одной инстанцией – перед той задачей, которую ему предназначено решить, и он скорее позволит себе презреть государственные и временные интересы, чем то внутреннее обязательство, которое возложили на него его особая судьба, особое дарование.

Только когда человек не знает колебаний и не разбрасывается, только тогда воля его способна творить чудеса.

Только несчастье углубляет и расширяет познание действительного мира.

Только страсти дано сорвать покров с женской души, только через любовь и страдание вырастает женщина в полный свой рост.

Тому, кто не боится риска, часто приходит на помощь случай.

Тот, у кого своенравное сердце, не знает счастья и мира, идущих извне. Ибо в своем буйстве оно неустанно порождает все новые беды и неотвратимые опасности.

Точно так же, как пламени необходим кислород, точно так же и любви необходимы близость и присутствие любимого.

Трагедия неизменно начинается лишь тогда, когда ее герой постигает трагизм своего положения.

Трагедия предтеч в том, что они умирают у порога обетованной земли, не увидев ее собственными глазами.

Удачное сочетание противоположностей – наиболее благоприятное условие для гармонии, и то, что поначалу вызывает изумление, потом нередко выглядит совершенно естественным.

Часто случается, что удар кулака, вместо того чтобы отшвырнуть человека, направляет его на верный путь.

Человеческий мозг устроен так странно, что даже грандиозный душевный опыт и богатейшие познания не способны преодолеть врожденные слабости.

Чем более живет человек современностью, тем вернее умирает он вместе с ней. Чем бо€льшую долю подлинной своей сущности сохранит в себе человек, тем больше останется от него навеки.

Чем больше величия в образе человека, тем больше горя. И, наоборот, чем больше горя, тем больше в нем величия.

Чем дольше катится клубок ошибок, тем всё больше он запутывается.

Человек ощущает смысл и цель собственной жизни, лишь когда сознает, что нужен другим.

Что может выпасть на долю посредственного писателя более величественного, чем если у преходящего его творения гений заимствует нечто для своего бессмертного и на своих орлиных крыльях возносит его безвестное имя в сферу вечности? 

 
Вы читали: короткие мудрые высказывания о жизни из коллекции мудрых слов и мыслей великих людей.
.....................................................
  delaroshfuko.ru коротко и мудро

 


 
   

 

  Читать мудрые слова, мысли мудрых людей и высказывания о жизни. Коротко и мудро... delaroshfuko.ru